СРО НП «МАЭ» — СРО-Э-150
В России с 2022 года планируется запустить механизм реализации климатических проектов и систему обращения углеродных единиц.
Об этом заявил Министр экономического развития Российской Федерации Максим Решетников на пленарном заседании Форума стратегов в Санкт-Петербурге.
Как отметил Министр, вопрос сокращения углеродных выбросов тесно связан с различными принимаемыми решениями и реализуемыми Минэкономразвития России программами.
«Тема для нас действительно актуальная. Вы знаете, что в северных широтах потепление идет существенно быстрее, чем на экваторе», – напомнил он.
Так, за последние 10 лет потепление в Российской Федерации составило почти полградуса, что ощущается в виде различного рода аномальных погодных явлений.
«Для нашей страны это дополнительные вызовы – как с точки зрения изменения климата, так и с точки зрения мировой климатической повестки, изменений в подходах. В первую очередь это угроза для отдельных элементов нашего экспорта. Хотя ее тоже не надо переоценивать – реально мы почувствуем на себе энергопереход скорее к 2030 году. В то же время то, что мы сейчас видим на энергорынке Европы, например, также на нас влияет. Это тоже последствия энергоперехода, по крайней мере его форсированного варианта – попытки ускоренным образом вывести из эксплуатации угольную генерацию, которые привели к этим [ценовым] пикам», – сказал Максим Решетников.
Одновременно данная тема напрямую связана с вопросами энергосбережения и энергоэффективности, которыми в России плотно занимаются на протяжении последних 10–15 лет, продолжил глава Минэкономразвития России.
«Если мы посмотрим удельную энергоэффективность нашей страны, сокращение выбросов при том экономическом росте, который мы получили, и сравним его с 1990 годом, мы увидим, что Россия как никто другой внесла вклад в сокращение выбросов СO2 в мире. При этом мы действительно создали иную энергетику, которая работает по другим параметрам эффективности», – подчеркнул он.
Министр напомнил, что в ближайшее время начнется конференция в Глазго, в преддверии которой идут консультации экспертов, попытки выработать согласованные решения.
«Главный вызов – усиление амбициозности целей. Вы знаете, что в Парижском соглашении есть цель ограничить потепление двумя градусами от доиндустриального уровня, но сказано, что «мы будем стремиться к полутора». И ряд стран выходят с идеей о том, чтобы установить полтора градуса как цель, а значит, предпринять дополнительные меры и так далее. Мы здесь занимаем практическую позицию – считаем, что нужно сосредотачиваться не на новых целях, а говорить о механизмах реализации имеющихся. Потому что в конечном итоге форсированная климатическая повестка будет требовать дополнительных инвестиций. Ключевой вопрос – сколько это будет стоит и кто за это заплатит», – предупредил он.
Как пояснил Максим Решетников, это вопрос, который относится и к внутренней экономике каждой страны – какая будет стоимость электроэнергии в случае форсированного отказа от угля или от газа и перехода к возобновляемым источникам энергии, которые дороже.
«В каких-то странах в первую очередь платят население и малый бизнес, где-то наибольшая доля затрат приходится на крупную промышленность. Есть попытки трансграничного углеродного регулирования, которые по сути представляют собой попытки переложить эти затраты на другие страны – с одной стороны, стимулируя их к реализации климатических проектов, с другой – получая дополнительные конкурентные преимущества, возводя барьеры в торговле», – констатировал он.
По словам Министра, за последнее время Россия выработала четкую повестку, которая состоит в выстраивании собственной системы углеродного регулирования. Для этого принят закон об ограничении выбросов парниковых газов, который предполагает введение обязательной углеродной отчетности.
«На ее основе мы должны понять, в каких отраслях экономики, в каких регионах и сколько идет выбросов. Есть поручение Президента изначально сделать эту отчетность верифицируемой – у нас будут специальные верификаторы, которые будут подлежать государственной аккредитации. Появятся необходимые специалисты и институты, которые эту углеродную бухгалтерию будут очень четко проверять», – подтвердил он.
С другой стороны, уже со следующего года в России планируется запустить механизм реализации климатических проектов, по итогам которых будут эмитированы углеродные единицы.
«На них уже сейчас есть спрос со стороны наших компаний, потому что не единичны примеры, когда они экспортируют свою продукцию с так называемым нулевым углеродным следом – иными словами, они компенсируют углеродный след продукции приобретением тех самых единиц сокращением выбросов, – но не внутри страны, а где-то в третьих странах. Наша задача – за следующий год эту инфраструктуру развернуть», – сказал глава Минэкономразвития России.
Параллельно с этим разворачивается механизм, связанный с региональными экспериментами, – в частности, Сахалинский эксперимент. Его суть в том, чтобы ввести жесткую модель углеродного регулирования по аналогии с европейской моделью, где есть система торговли квотами и принуждение предприятий к их выполнению.
«Рассчитываем, что к эксперименту будут присоединяться и другие регионы. Мы здесь идем таким же путем, что и другие страны, в том числе Китай», – уточнил Министр.
Говоря о задачах на международном уровне, Максим Решетников сообщил, что России необходимо добиться признания принципа технологической нейтральности при низкоуглеродном развитии.
«Для нашей страны это крайне важно, потому мы считаем низкоуглеродной атомную энергетику. Также мы считаем крайне важным добиться взаимного признания углеродных единиц, которые эмитированы в разных странах, а также чтобы был оборот этих единиц, потому что, с нашей точки зрения, это открывает наиболее эффективный путь к реализации климатической политики», – добавил он.
Одновременно в России создается система зеленого и ESG-финансирования. Правительство не так давно утвердило таксономию зеленых проектов, напомнил Министр.
«Все эти расчеты мы собрали в стратегию низкоуглеродного развития до 2050 года. Мы прочитали очень много разных вариантов, проанализировали разные технологии. В подготовке стратегии участвовали РСПП, Сбер, крупнейшие корпорации и все ведомства. Главное, что на сегодня сформировалось общее понимание того, что этим надо заниматься. Есть четкая стратегия и план действий», – заключил Максим Решетников.
