СРО НП «МАЭ» — СРО-Э-150
Золотые годы энергосбережения пришлись на начало нынешнего десятилетия: был принят соответствующий закон, из федерального бюджета стали выделять субсидии на региональные программы, в бюджетных учреждениях и на предприятиях начались энергоаудиты, а самые настойчивые предприниматели принялись заключать первые энергосервисные контракты.
Однако вскоре федеральные деньги закончились, вместо настоящего энергоаудита организации начали за копейки покупать в Интернете поддельные паспорта, а весь потенциал экономии был исчерпан после того, как в зданиях поменяли лампочки.
— Качественная и перспективная идея была дезавуирована, — сожалеет референт департамента промышленности и инфраструктуры правительства РФ Виталий Ковальчук. — Кончилось тем, что минэнерго открестилось от нее, сказав, что в области энергосбережения надо распределять полномочия между разными ведомствами.
В итоге в конце прошлого года реализацию госполитики в области энергосбережения передали в министерство экономики. Оно же в скором времени установит и новые цели, поскольку уже ясно, что к 2020 году 40-процентного сокращения энергоемкости ВРП достичь не удастся.
Фактор осознанного изменения энергоемкости экономики, когда снижение ресурсопотребления происходит за счет модернизации, в России находится на уровне 0,5-0,7 процента в год. Для сравнения: в Европе — от 1,5 процента. Это означает, что имеющиеся показатели достигаются (или подгоняются) практически случайно. Например, когда в маленьком городе вместо старого детсада открывают новый, вся муниципальная система образования в отчетах повышает энергоэффективность, однако совершенно непонятно, как ее наращивать на будущий год. Поэтому повышение осознанности — одна из ближайших задач и бизнеса, и власти.
Они возлагают большие надежды на готовящийся законопроект, который позволит частному инвестору инициировать проведение конкурса на заключение и последующую реализацию энергосервисных контрактов (ЭСК), а не ждать, когда его объявят чиновники.
Для энергосервиса остается острой проблема возврата инвестиций: никто пока так и не придумал, что делать с заказчиком, который не платит в срок.
Всего в прошлом году в России было заключено контрактов на сумму 17,4 миллиарда рублей. В тройке регионов-лидеров оказалась Свердловская область. Кстати, в предыдущем году список передовиков был совершенно иным, например, на втором месте стояла Челябинская область. Но рынок развивается стремительно.
Член совета ассоциаций энергосервисных компаний РАЭСКО Вячеслав Ляшук отмечает, что за последние шесть лет он вырос на порядок: еще в 2011 году все контракты оценивались в 73,5 миллиона.
— Рынок стал привлекательным для крупных компаний. Законодательная база тоже идет навстречу, например, сейчас по-новому считают экономию электроэнергии, а раньше приходилось искать правду в судах, — говорит Ляшук.
Еще одна тенденция — увеличение сроков действия контрактов: сегодня каждый третий заключается на пять лет, а едва ли не половина заключена на 7-8 лет. Это связано, с одной стороны, с тем, что энергосберегающие мероприятия окупаются небыстро. С другой, законодательство наконец-то позволило подписывать контракты сроком более трех лет и бюджетникам.
Эксперты уверены, что прорыв состоялся: энергосервис в регионах «взлетел», однако остается ряд проблем. Так, в школах, детсадах, горадминистрациях, как правило, нет специалистов по энергосбережению, поэтому инвесторам сложно находить общий язык с заказчиками. Нет гарантий, что по конкурсу контракт достанется компании, которая уже вложилась в аудит и предварительную разработку проекта.
Наконец, остается острой проблема возврата инвестиций: за все годы никто так и не придумал, что делать с заказчиком, который не платит в срок. Но есть и позитивные результаты. Благодаря механизму ЭСК в городах УрФО успешно модернизированы системы уличного освещения. С точки зрения возврата инвестиций именно «свет» сейчас максимально понятен и заказчикам, и исполнителям.
По словам замдиректора екатеринбургского филиала федеральной телекоммуникационной компании Владимира Казанцева, типовое решение включает замену низкоэффективных светильников и внедрение системы дистанционного управления, позволяющей снижать яркость света на неоживленных участках дорог, оперативно выявлять перегоревшие лампы и т.д. Итог — экономия электроэнергии до 85 процентов за счет снижения потребления. До 45 процентов средств можно сэкономить на эксплуатации.
— Инвестиционный энергосервисный проект позволяет модернизировать устаревший парк светильников без бюджетного финансирования — за счет исполнителя, позволяя снизить бюджетные расходы, в том числе и на обслуживание системы: во время действия контракта все технические проблемы лежат на исполнителе, — подчеркивает Казанцев.
Например, после установки 1292 светодиодных светильников в городе Качканаре затраты на электроэнергию за 2017 год сократились с четырех миллионов до 800 тысяч рублей. Энергосервисный проект позволяет модернизировать уличное освещение без бюджетного финансирования А вот в Челябинской области сделали упор на ЭСК в области теплоснабжения: в этой сфере заключено 42 контракта, еще четыре — комплексные. Всего в регионе работают 84 ЭСК на 805 миллионов рублей.
— В 2017 году с привлечением от инвесторов 240 миллионов рублей мы закрыли 22 котельные, которые приносили убытки порядка 61 миллиона рублей, — рассказывает представитель челябинского минстроя Павел Самсонов. — До 2022 года планируем закрывать по 10-12 котельных в год.
Южноуральские бизнесмены смогли сделать то, о чем во многих регионах пока только говорят: несколько проектов начали работать в многоквартирных домах. То есть идеи «осознанной энергоэффективности» удалось донести до самых консервативных участников рынка — жителей.
— Две компании выходят напрямую на собственников, на общих собраниях терпеливо объясняют им все детали, — говорит Самсонов. — В итоге реализуются контракты по установке индивидуальных тепловых пунктов с погодным регулированием и систем диспетчеризации. Жители оплачивают тепло в прежнем объеме, а по достижении срока окупаемости (как правило, это два года) — по факту. Платеж при этом снижается на 40-50 процентов.
По мнению эксперта из Удмуртии Павла Берлинского, активизировать работу с жителями позволят такие меры, как увеличение тарифа на ресурсы для населения до экономически обоснованного, предоставление субсидий жителям многоквартирных домов в зоне реализации ЭСК.
— Надо продолжить предоставление господдержки, — уверен он. — Особенно это актуально для малых населенных пунктов, где срок окупаемости проектов ресурсосбережения достигает 60 лет, что не устраивает никого.
— Энергосбережение — это не самоцель, а инструмент промышленного развития. Кстати, закон о промышленной политике запустил множество изменений, работающих с большим КПД, чем закон об энергосбережении. Например, это закон о переходе на наилучшие доступные технологии. В будущем году 300 крупных предприятий, 80 из которых находятся в УрФО, должны получить комплексные экологические разрешения и будут разрабатывать программы повышения экологической эффективности. В их составе порядка 40 процентов — про энергоэффективность.
Евгений Гашо, доцент Московского энергетического института
